Станислав Садальский (Стас) (sadalskij) wrote,
Станислав Садальский (Стас)
sadalskij

Categories:

ПОБЕДЫ И ПРЕДАТЕЛЬСТВА В ЖИЗНИ МИЛЫ АНУФРИЕВОЙ

http://img-fotki.yandex.ru/get/6437/67761644.2d5/0_bdf3a_dc8115d7_XL.jpeg
milaanufrieva — ваш  друг


Мне позвонила девушка с бархатным голосом и очаровательным прибалтийским акцентом.
Она представилась - Агнесе Зелтиня, сказала, что много читала и слышала обо мне и попросила встретиться с ней, чтобы дать интервью известному рижскому журналу "Лилит".
У нас получился очень открытый и душевный разговор.


http://www.sieviesuklubs.lv/content/news/1283494247_screen-capture-2657.jpg
Агнесе - успешная латвийская актриса театра и кино, модель, продюсер и очень хороший журналист!
Она сумела удивительно расположить, разговорить меня, открыть все мои каналы!
Так, что мне захотелось рассказать ей даже очень личные вещи, о чем я обычно не распространяюсь в прессе..



ПОБЕДЫ И ПРЕДАТЕЛЬСТВА В ЖИЗНИ МИЛЫ АНУФРИЕВОЙ
Мила Ануфриева - создательница модной империи Vanity в России, женщина, которой в течение 15 лет удалось сформировать вкус и стиль целого поколения. Только она сама знает, как высока цена, которую ей пришлось заплатить за то, чтобы всегда быть первой. И как трудно встать на ноги после поражений.


FK9B7178

Как все начиналось

- Мои родители были сильно заняты работой, и ни у кого из них для меня не было времени. В детстве я много болела, была очень маленькой, худенькой, все охали и ахали: «Какая у нас Мила некрасивая!» Мама постоянно меня прессовала, хотя не была деспотом - она просто была уставшей женщиной. И мне с самого детства хотелось как-то выйти за рамки обычной жизни, что-то создать, избавиться от своих комплексов. Я писала в «Мурзилку» и «Пионерскую правду»: «Заберите меня к вам, я хочу танцевать!», а мне отвечали: «Извините, интернатов у нас нет!»

Во время учебы в педагогическом институте я подрабатывала в детском саду. Было очень непросто, поскольку садик был от обувной фабрики, где работали в основном алкоголики... И снова хотелось вырваться, изменить жизнь, заработать денег. Я стала покупать и перепродавать вещи, и вдруг однажды во двор детского сада въехала черная «волга»... Привезли меня на Литейный, после этого я там побывала еще несколько раз. За спекуляцию тогда могли 10 лет дать, и я жила под страхом сесть в тюрьму. Потом меня оставили в покое, я ушла с работы и развернулась на полную катушку. Уже скоро, в 21 год, купила первую машину и попала в тусовку фарцовщиков и спекулянтов, в которой собиралась вся «элита».

Перестройка

А потом пришла перестройка - 1991 год. Все друзья уехали за границу, я осталась практически одна, оглянулась и сказала: «Нет, никуда не поеду, я вижу здесь перспективу. Зачем мне быть где-то официанткой?» У меня была подруга, которая уехала с мужем -олимпийским чемпионом по конькобежному спорту в Америку, пожила там, но вернулась. Когда я спросила ее: «Почему же ты вернулась?», она ответила: «Я здесь личность, а там - никто!» И мы стали работать вместе.

Однажды, когда я вернулась домой, в квартиру ворвались несколько человек. Связали меня, все добро вынесли - а у меня в доме товара было по тем временам на 50 000 долларов (квартира стоила 4 тысячи). Я знала, что обычно под конец ограблений убивали. Оказалось, что бойфренд одной моей подруги был наводчиком. Они стали искать деньги, а я сижу и думаю: «Сказать про 500 долларов или нет, сказать или нет?» И молчу. Денег они не нашли, но пообещали вернуться. Спустя некоторое время я снова увидела их во дворе, и они заметили меня, но я сразу побежала между дворами в милицию. Пришлось поменять квартиру, хотя я уже поняла, что надо менять и жизнь.


Untitled

Новая жизнь & Vanity

Вскоре приходит моя знакомая и говорит, что надо магазин открывать и у нее есть помещение. «А деньги?» - «Деньги найдем!» Я еду в Рим со своими 500 долларами, на них беру каких-то вещей и, как ни странно, сразу их продаю. Вернулась туда еще раз, стала наводить контакты и познакомилась с представителем Moschino. Так я открыла первый бутик. Потом в гостинице был нужен Duty free - сделали, следующий магазин - в Невском Паласе. Парень-архитектор по тем временам за копейки сделал дизайн, и мы поставили роскошную мебель. Представитель Gucci сказал мне: «Eсли бы не вы, никому бы не отдали бренд!», потому, что кругом ямы, проблемы с освещением, полная разруха... И разруха в головах людей - как в «Собачьем сердце». Все говорили: «Мы стояли в очереди за туалетной бумагой, а она открыла бутик. И тогда весь город на нее посмотрел: она что - сумасшедшая?» А я себя чувствовала настолько сильной, что не были нужны ни инвестиции, ни советы. Я не боялась никого и ничего. А еще закаляла себя каждый день - утро начинала с пробежки в 10 км.

У меня был эксклюзив на все большие бренды. Так появилась империя Vanity. Годовой оборот - 20 миллионов евро. И представители Hermes, Chanel, Luis Vuitton, Dolce & Gabbana приезжали только ко мне. Я умела раскрутить любой бренд. Конечно, это непросто - составить программу, расписать ее, сделать роскошные показы с топ-моделями. На показ в бутик Vanity приезжали такие гости, как Билл Клинтон, Стинг с Труди, Элизабет Херли, Элтон Джон, Ева Герцигова, Клаудиа Шиффер, Линда Евангелиста. Все российские звезды и политики одевались у меня. Люди вывозили вещи машинами, целыми коллекциями! Помню, когда я ехала в поезде или летела в самолете и видела пакеты с надписью Vanity, меня переполняла гордость. А когда у меня родились дети, я сделала детский магазин. Было собрано все самое лучшее и красивое, собранo только мною и двумя байерами, потому что я никому не доверяла.

Это был каторжный труд, но я многому научилась и научила других.

С топ-моделью Linda Evangelista

4839730067_ff2fcd5138_o

Бандитский Петербург

В 1992 году после открытия очередного бутика друзья спросили у меня: «Кому платишь?» - «В смысле?» - «Ну кто у тебя крыша?» А я как-то умела договариваться, сама ходила на эти стрелки бандитские. Прихожу, и они говорят: «Ну вот, надо разбираться», а я им: «Сейчас поговорю со своим мужем», - хотя мужа-то никакого не было. И они никак не могли не понять, с кем же я работаю. Все эти бандитские стаи за мной бегали, а потом стали уважать и у меня одеваться. Их всех потом убили... Питер в то время был действительно бандитским Петербургом.

Однажды я сидела в ресторане и вдруг услышала за спиной: «Знаешь эту красотку из Невского паласа? Отвезу ее в лес. Она охреневшая - деньги зарабатывает, никому не платит». Оглядываюсь и вижу своих знакомых, которые приходят ко мне каждый день... Но тогда меня не тронули.

Бандитский период мы пережили, но потом все стали контролировать ментовские структуры. Началась дележка бизнеса. Они не понимали, что это такое - создать все по крупинке, по песчинке, что я делала это не только из-за денег. Я все заработала сама, я постоянно работала. Открыв один бутик, открывала второй, третий... В 2002 году у меня прибыль была 2 миллиона евро в месяц.

С топ-моделью Claudia Schiffer, мэром Санкт-Петербурга Анатолием Собчаком и Людмилой Нарусовой

Untitled

Под крылом Анатолия Собчака

Все знали, что меня любит Анатолий Собчак - как молодого предпринимателя. Я была гордостью этого города. Меня как обезьянку стали возить по всем странам. Привезли в Казахстан на открытие отеля и говорят: «Вот наш молодой предприниматель». А тут я - такая девочка стою, маленькая, черненькая, накачанная и перекачанная. И множество министров. Все эти «дядьки» спрашивают: «Какой предприниматель?» А им отвечают: «У нее бутик!»

Еще один пример - встреча в Нью-Йорке, куда поехали сотрудники Русского музея, Эрмитажа и Мила - представитель нового бизнеса. И этим создавалась репутация, которая меня защищала. Все понимали, что трогать меня нельзя. Но были и другие моменты: большая группа бандитов вышла из тюрьмы и первым делом пришла в мой бутик в Невском паласе. Они сняли все свои фуфайки, бросили их, полностью переоделись в одежду стоимостью 15 000 долларов и ушли. Как в кино!

Так много клиентов было потому, что люди нашли у меня островок красоты, времяпрепровождения. Не в Эрмитаж шли, а в Невский палас. Это был стиль новой жизни, и я была его центром. Я делала показы, ко мне приезжал Ростропович, я стала неотделимой частью жизни города. При этом еще успевала и ходить на дискотеки - 3 часа на сон и назад, на работу. У меня было столько энергии - не на десять человек, а на стo! И не было страха ни перед кем! Мой муж тогда сказал: «Ты умеешь перепрыгнуть между дождинками!» Все знали, что мы лучшие: работать тогда в Vanity считалось мечтой. Все, кто у меня работал - будь то управляющий магазина или продавец, менеджер, - все стали кем-то. Я их так воспитала.


45

Заглянуть по ту сторону жизни

Когда начинаешь такой бег, сломать ногу уже драматично, потому, что теряешь все. Я себя стала плохо чувствовать. Это было в 2005 году, у меня постоянно была температура 37, а мне плевать на нее было. Прихожу на работу какая-то отекшая и не очень соображаю, что мне говорят: там счета перекрыли, тут заблокировали товар на 1,5 миллионов евро, то есть меня начали разрушать. Я держала эту крепость как могла, никому не отдавала. И вдруг банк, у которого мне наконец-то пришлось взять кредит, спрашивает: «Ты будешь отдавать деньги?» Я говорю: «Нет!» Проценты отдавала, но основную сумму должна была выплачивать только через год. Ну и стали приезжать - сперва те, которые вещи изымают со складов, милиция, потом автоматчики с оружием, и у всех на глазах начинают вывозить товар. Неправомерно, без бумаг, хаос...

Я получила предложение от серьезных людей продать мой бизнес, но сумма показалась маленькой - всего 15 миллионов евро, когда мой бизнес оценивался намного больше. Я потребовала больше и поступила, как всегда, необдуманно, бескомпромиссно. Они тогда могли бы меня вытащить. Но они сказали: «Ты можешь остаться работать в Vanity, но тебя уже нет! Ты никто!» И услышать это было, как услышать, что у меня нет больше ноги. Я тогда сделала большую ошибку, о которой жалею. Но я растерялась, не поняла, кто со мной, кто против меня, кто мой друг, а кто враг.

И как-то ночью я почувствовала себя плохо, а утром обнаружила, что один глаз не видит. Врач кричит: «Лежать, инсульт!» Но я не легла, я поехала на дачу, хотела понять, что происходит, и прийти в себя. Взяла велосипед, отправилась на озеро, там еще побегала, покачалась, водой облилась, и этим все усугубила. Скорая помощь поставила капельницу, но я уже впадала в забытье. Я уже увидела другой мир, и мне он не показался страшным, только серым. Я видела моего маленького ребеночка, а сил уже не было... Меня спасла срочная операция в Швейцарии.

Позже выяснилось: моя девочка-адвокат получила 2 миллиона евро за то, чтобы переписать мое имущество на других людей - у нее было право подписи. Мне сказали: «Все, тебе больше ничего не принадлежит, только долги». Это 6,5 миллиона. А потом я иду по улице и понимаю, что от меня все отворачиваются, все пальцами показывают. Такое состояние мерзости, и ты не понимаешь, что с этим делать. Ты уже не генерал, а изгой. И посыпались статьи в газетах… Год я боролась как могла, а потом мне закрыли выезд из страны. Я взяла адвоката, но она стала из меня выкачивать денег, заставила продать квартиру. Только за организацию выезда из страны взяла с меня 200 000 евро.


FK9B2155

Милан

В мой день рождения позвонил начальник таможни Питера: «Людмила, поздравляю!» Я думаю, он с днем рождения поздравляет, и уточняю: «Спасибо! В смысле, это вы меня с днем рождения?» А он опять: «Нет, в прямом!» Тогда я все поняла и спросила: «Когда?» - «Сейчас!» Я собираю сумки, младшего сына (старший уже в Италии с мужем) и улетаю. Прилетаю в Милан в свой день рождения почти без ничего и nе понимаю даже - вернусь я или нет...

В Милане я никто и не от кого ждать помощи. Муж, как ребeнок, во всем меня обвиняет: если бы не я, он бы никогда бы в такой ситуации не оказался, когда нет ни работы, ни денег. Все-таки друзья помогли, они дали 25 тыcяч евро в долг. Я сняла квартиру, начала работать, закупила товар и отправила его в Россию - там моя бывшая продавщица открыла бутик. А потом она... не отдает мне деньги! Я схожу с ума, звоню, переживаю, а она отвечает: «Что ты орешь? Ничего не продается!»

И в такие моменты Бог посылает помощь. Звонит девушка и говорит: «Меня зовут Наташа. Вы не поможете мне открыть бутик?» Я помогаю ей в открытии бутика, и через месяц она платит мне очень хорошие деньги. Перед этим были ситуации, когда даже лекарства не на что было купить. Пришлось продать все, чтобы хоть как-то выжить. И я иду проситься на работу в showroom, там все еще думают, что я всемогущая, а я ничего уже не могу... Я для них была Мила grande, a тут стала такая...

Я лежала на диване и просто погибала, я понятия не имела, что делать. Я видела на улице бездомных и понимала, что именно это меня и ожидает, если не соберусь. И спас меня мой друг, актер Стас Садальский, который заставил меня писать блог. Стас разыскивал меня через Интернет, спрашивал всех, не видел ли меня кто, жива ли я? Я, правда, и на нем уже поставила крест, поскольку все меня предали. Подруга, которая является крестной мамой моего сына и за это время стала миллионершей, даже не поинтересовалась, как у меня дела, не нужны ли деньги, хоть пару тысяч. Все только спрашивали, как я поживаю и говорили: «Ну, Мила, ты же такая сильная!» И никому не понять, что ты сильный, сильный, а тут падаешь, и уже не подняться. Ты просто умираешь. Не все же встают.

Спасательный блог

Так вот вдруг звонит Садальский: «Ты где? Я тебя потерял! Начинай писать блог в ЖЖ!» Я говорю: «Какой ЖЖ? Какой блог? А что писать-то?» - «Как что? Ты же из мира моды! Пиши, что ты одеваешь, например!».


12

И я вошла в этот мир, в котором меня поддержали, потому что в реальном все на меня плевали. И очень нелепо и неумело начинала писать. Меня звали на показы, я делала фотографии и их выставляла на http://milaanufrieva.livejournal.com. И тут вспомнила, что у меня есть знакомый, Бруно, который продает шубы и ему нужны клиенты. Прихожу к нему, рассказываю свою историю, он обещает помочь. Я ставлю фотографию шубы в блоге, и приходит первая заявка: «Хочу!» А шуба стоит 12 тысяч. Я со страхом пишу - 13. В ответ: «О кей, куда деньги отправить?» И происходит невероятное - у меня начинают покупать эти шубы. За три месяца я продала 40 штук. Бруно был в шоке. И я вдруг поняла, что благодаря этому блогу могу выжить.

Начала выставлять там сумки, вещи. И потихоньку все пошло. Тогда я начала дышать и расправлять крылья. И вдруг меня все вспомнили и полюбили. Были, конечно, и перепады - сегодня работа есть, а завтра нет. Но я смогла уже снять маленький офис.

Мой путь

Я вижу и чувствую вещи. Например, когда человека надо переодеть полностью, я сразу вижу, как это сделать. Когда у меня был бутик, и я приезжала в Италию выбирать вещи, я брала то, что не брал никто. Когда я возвращалась, мне говорили: «Ну так же нельзя, это же бизнес! Надо брать то, что людям надо», а я выбирала самые неординарные, самые дорогие вещи. Их было тяжелее продвигать, но это все помнят. И где бы я ни появлялась, мне пишут: «Мы вас помним, у вас я купила самые красивые вещи, которые до сих пор в моем гардеробе».

Я даже поначалу не думаю, поймут ли меня люди. Просто иду своей дорогой и только потом получаю отзывы - через год, через два, через пять. Весь город помнит Vanity и Милу, кто у меня одевался, кто обувался, кто посещал мероприятия, многие люди меня как-то коснулись. И отзывы, резонанс, которые я получаю сегодня, говорят о том, что многие вещи я делала правильно.



FK9B1195

На работе я была очень жесткая, так как поняла, что если буду компромиссной, много потеряю. Это касается того, как выжить в России, там по-другому нельзя.
Когда родился первый ребенок, я стала добрее, лучше понимала людей, входила в их положение, у меня появилось больше «да», чем «нет». И из-за этого я стала терять контроль. Когда на встречах со мной говорили грубо, я спрашивала: «Как вы с женщиной разговаривайте?», мне отвечали: «А вы не женщина! Там, где миллионы, там женщин нет!» Я понимала, о чем они говорят. Здесь были очень жесткие игры, игры денег.

То, что является самым большим счастьем для женщины - материнство, изменило мое отношение к бизнесу, и я стала ранимой. Неумение разделять эти сферы меня погубило. Я была той сильной женщиной, которая решает все и всегда, но когда мать начинают шантажировать ребенком... Я была сама по себе, у меня не было ни одного покровителя или любовника. Наоборот, я всегда шла против течения: выбрала самого обыкновенного мужчину, полюбила, родила от него, и мне было плевать, хотя в женихах стояло полстраны и даже австрийский министр.

Новые проекты в Италии

Самым важным здесь, конечно же, является мой LUXURY LIFESTYLE ATELIER, где можно получить многообразные услуги, начиная с подбора и полного изменения гардероба и заканчивая рекомендациями лучших SPA и ресторанов.

Есть уникальный проект - остров Рудольфа Нуриева. Сейчас он принадлежит господину Джованни Руссо. Остров был закрыт, забыт и находился в полном упадке. С появлением Руссо он преобразился, новый хозяин вложил в реконструкцию острова немало средств, и теперь это его бизнес.

Мы долго с ним общались и решили дать возможность повидать этот чудесный остров большему количеству людей, а также проводить там мероприятия для немногочисленной избранной публики. Люди туда смогут приехать и остановиться нaпрoтив в Positano Tre Ville, там, где проходили Дягилевские вечера. Это громко сказано, но я хочу возродить традицию вечеров и сделать это с заинтересованными людьми. Я надеюсь, что все получится и мы привлечем балет и музыку.

Вилла Tre Ville в Positano

hall tre ville 800

Проектов на данный момент достаточно много, очень важен для меня также и благотворительный проект, организованный в помощь больным детям. Меня в этом поддерживает клуб «Ротари» здесь, в Милане. Проектов очень много, и нам нужна поддержка и помощь.

Я живу чисто, поскольку ни у кого ничего не украла, украли у меня. Сегодня мое дело не закрыто, но все мои попытки добиться правосудия, все письма и просьбы не дают результата. В России меня помнят, я постоянно получаю письма. Когда «Аргументы и факты» взяли у меня интервью, оно прогремело на всю Россию. Журналисты пытаются помочь, есть даже идея снять обо мне картину, но не про то, как все разрушилось, а именно про то, как встать на ноги и жить, когда теряешь все.

Мои мужчины

Моя проблема в том, что я всегда была слишком сильной для мужчин, которых любила. И все они были моей тенью. Мой первый муж, которого, наверное, я любила больше всех, оставил меня одну с ребенком именно потому, что не смог и не хотел быть тенью. Напротив, мой нынешний муж - итальянец - мы вместе уже 13 лет, никогда со мной не спорит, он согласился на эту роль. На мне всегда была эта ответственность за всех и все, но жизнь вдруг перевернулась... И я больше не одна. Он не предал меня, был всегда рядом, на руках носил, а мог же бросить, забрать нашего сына и оставить меня в России одну. Но нет, он даже усыновил моего старшего сына. Он сделал для меня все!

С мужем Сандро и младшим сыном Костиком

FK9B7133

Мой мальчики - красавцы. Я их очень люблю. Просто получилось так, что моим сыновьям я не варила кашу каждый день. Уже через десять дней после рождения старшего уехала в Италию работать. Он иногда мне напоминает это. Младший понимает, ему восемь лет. Он очень творческий, может заниматься тремя делами одновременно. Я очень переживаю, что пока не могу им дать то образование, которое бы хотела, отправить на дополнительные курсы или, например, научить их ездить на лошадях - это все деньги.

После приезда сюда мой старший не мог понять, что он уже не сын Милы Vanity, было тяжело преступить этот барьер. Сейчас ему 13. Поначалу муж с младшим сыном жили в Венето, а я со старшим в Милане. Уезжаю от одного - он плачет, от другого - тот плачет. И тут я увезла к мужу и старшего, потому что поняла, что как только я думаю о детях, начинаю плакать сама, а мне надо работать, чтобы выжить. Но сейчас дела идут все лучше, и я думаю, что очень скоро мы все будем вместе в Милане. Mуж будет работать здесь, потому что мода всегда была его хлебом. Он же был первым номером по презентации обуви в Италии. Так мы и познакомились, когда я закупала у него обувь.Он мне говорит: «Ты такая сумасшедшая, я за это тебя и люблю! У тебя всегда есть идеи, и ты в них веришь». Например, тот же остров Нуриева, он в это не верил, а теперь он видит, что эта идея превращается в реальность.

Мост в будущее

Я часто думаю: зачем все эти испытания людям? Ищу и не нахожу ответа. Мой отец умер в 47 лет от цирроза печени. Я очень боялась повторить его судьбу. Он был любимцем всех, от него исходил невероятный шарм, но постепенно из-за неудач он начал катиться вниз, сильно пить, и никто его не поддержал. Когда в 42 года случилась моя болезнь, я стала думать: неужели у меня судьба отца?

Если думать про ту Милу из Vanity, мне ее жалко. Так много она сделала...И была еще готова делать и делать . Я даже боюсь ехать в Россию, чтобы не видеть то, чего уже больше нет...

Счастлив тот, кто находит свое предназначение и может заниматься любимым делом. У меня отобрали бизнес, деньги, здоровье. Я делала ту работу, теперь у меня другая, ведь у человека невозможно отобрать то, что он умеет.Так же как нельзя отобрать детей, любовь или любимого. Однако, видимо, существует закон сохранения и превращения энергии, который продолжает действовать - хотя уже в другом месте, в другой жизни.

....
С журналистом, моделью, актрисой кино и театра Агнесе Зелтиня

00010small rivista
Tags: Мила Ануфриева
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 39 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →