Яблоко

Последнее стихотворение

250119
Разве знали мы тогда, что Жеглова отольют в бронзе, и он будет стоять в святая святых - на Петровке, 38, как главный символ МУРа, потеснив даже Дзержинского? Разве думали, что всего через год после выхода на экраны «Места встречи» Высоцкого не станет, а прощание с ним будет отмечено в Книге рекордов Гиннесса, как самое масштабное в мире..? Нет.
Я никогда не хвастался знакомством с ним, в отличие от многих актеров Таганки, хотя мне есть, что рассказать. Помню самую первую встречу на Одесской киностудии.
Высоцкий тогда приехал вместе с Влади, которая во время съемки ждала его у входа в бильярдную на скамейке. Время шло, и Марина обратилась к Владимиру: «Долго мне здесь, как говну в проруби, болтаться?» Все, конечно, знали, что это Влади, но мне захотелось выпендриться. Владимир казался жутко важным, ходил в страшно дорогих шмотках и был так переполнен собственной значимостью, что меня все время подмывало поставить его на место. Высоцкий? Ну и что. А я – Садальский!
Вообще-то я всех по именам называю, но на «вы» - учителя научили, что никому тыкать не надо. Говорю ему:
- Володя, скажите, а кто эта толстая тетка?
- Ты что, о*уел? Это Марина Влади! – заткнул меня он.
Я прикусил язык, понимая, что сам себе сейчас все испорчу, да и его это как-то задело.
Кстати, Марина могла бы сыграть и Варю Синичкину, и Клавдию - любовницу Горбатого, но худсовет забраковал ее. С отказом на роль Вари мотивация была железная: "небезупречная репутация", а во втором случае поступили еще проще, один из замов минкульта позвонил одному из замов Громыко и Влади отказали в визе.
И слава Богу, на сержанта Синичкину Марина никак не тянет. А вот на Музу и Любовь Высоцкого – да. И эту роль у нее уже никто никогда не отнимет.
Последнее стихотворение Владимир написал на двух сторонах бланка парижского турагентства 11 июня 1980 года, за полтора месяца до смерти. И посвятил Марине:
И снизу лёд и сверху - маюсь между, -
Пробить ли верх иль пробуравить низ?
Конечно - всплыть и не терять надежду,
А там - за дело в ожиданье виз.
Лёд надо мною, надломись и тресни!
Я весь в поту, как пахарь от сохи.
Вернусь к тебе, как корабли из песни,
Всё помня, даже старые стихи.
Мне меньше полувека - сорок с лишним, -
Я жив, тобой и Господом храним.
Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,
Мне есть чем оправдаться перед Ним.